Заявление ученого совета МГУ им Ломоносова, всколыхнувшее Интернет

Филфак МГУ выносит приговор реформам образования
 

Андрей Терентьев 04.12.2012 http://www.stoletie.ru/tekuschiiy_moment/obrazovancy_385.htm
 
          (в сокращении)
 
 
 


Ученый Совет филологического факультета МГУ им. Ломоносова сделал Заявление, которое всколыхнуло весь российский Интернет. Такого точного и разящего диагноза «реформаторам» от образования еще не ставился мощной профессиональной корпорацией.
«Несколько лет подряд отдельные представители гуманитарного сообщества предупреждали о возможности катастрофы как в школьном образовании вообще, так и в его гуманитарном сегменте в частности, — говорится в Заявлении. — Ситуация изменилась качественно: катастрофа произошла, и русская классическая литература более не выполняет роль культурного регулятора образовательного процесса. Это произошло не потому, что власть обнаружила свою некомпетентность, а потому, что она сознательно и целенаправленно конструировала это «качественное обновление образовательной ситуации»».
Оценка университетской профессуры красноречиво подкрепляется неопровержимой аргументацией. В частности – анализом недавно утвержденной правительством РФ Программы развития образования до 2020 г., из текста которой следует, что правительство РФ полностью удовлетворено сделанным до сих пор в указанной области и не собирается корректировать образовательную политику.
Ученые МГУ уверены в обратном. Нынешняя политика в области образования направлена лишь на окончательное уничтожение «советской» составляющей «постсоветского» образования. Это касается, прежде всего, русской классической литературы с ее пропагандой вечных ценностей, явно чуждых современной политической и экономической элите, а также той части «среднего класса», которая ориентирована на обслуживание этой элиты.
И это понятно — управлять общественным сознанием тем легче, чем ниже уровень образования. Но ведь этот уровень легко довести и до деградационного.

В Заявлении ведущих филологов страны отмечается, что налицо стремление власти снять с себя возможно большую часть обязательств по финансированию образования, а в перспективе сделать его частично или полностью платным.
Ученые говорят о том, что уже давно очевидно: на власть оказывается сильное давление извне, сопровождающееся, судя по ряду публикаций в СМИ, выделением значительных денежных средств.
На них, во-первых, были созданы подконтрольные и хорошо финансируемые вузы, которые должны были двигать программу образовательных реформ. Эту роль, в основном, сыграла небезызвестная Высшая школа экономики, из стен которой один за другим вылетали планы перекореживания общеобразовательной и высшей школы страны.
Во-вторых, целенаправленно осуществлялась информационная поддержка ряда СМИ, прикормленных для этих целей.
В-третьих, была сконструирована спецгруппа из «инновационно мыслящих» педагогов, «представителей общественности», а также некоторых деятелей культуры, которой был предоставлен режим наибольшего благоприятствования как в СМИ, так и в структурах, подконтрольных Министерству образования.
Было организовано давление на «старый» ректорский корпус с целью нейтрализации его сопротивления реформам и форматирования общественного мнения. При этом не стеснялись грешить демагогией и явными подтасовками. Например, реформаторами утверждалось, что сочинение, как выпускное, так и вступительное, принадлежит к числу наиболее «коррупционноемких» видов экзаменов, следовательно, должно быть отменено.
По всем направлениям шло активное наступление на гуманитарное образование России — на историческое и литературное, прежде всего.

В результате изменений, навязанных школе и вузу: введения ЕГЭ, резкого сокращения часов на преподавание литературы в школе, а в последнее время и упразднения самого предмета «русская литература», согласно так называемому «стандарту второго поколения», в средней школе появился предмет «русский язык и литература».
«В итоге резко, на порядок упал уровень преподавания русской литературы, уровень знания, уровень ее эмоционального, ценностного, культурно-психологического воздействия на учащихся, фактически лишенных возможности осмыслить литературную культуру прошлого как духовную почву для саморазвития», — говорится в заявлении Ученого совета филфака МГУ.
Особую опасность несет то, что властью, взявшейся проводить реформу образования, учащийся более не рассматривается как самостоятельно мыслящая личность. Его функция — лишь воспроизводить некую часть полученной информации.
«Естественно предположить, — считают представители профессорско-преподавательского сообщества МГУ, — что цель такого среднего образования – создание потребителя, «управляемой массы».
В стране будто сознательно создаются все условия для деградации учительского корпуса, обреченного на «подготовку к ЕГЭ» и на работу с сомнительными по качеству учебниками, пособиями, методическими разработками, которыми Минобрнауки «накачивает» учебные заведения.

«Единое образовательное пространство» РФ оказалось расколото в региональном и социальном отношениях», — говорится в цитируемом Заявлении.
Ситуация катастрофического обрушения уровня гуманитарного школьного образования усугубляется массовым закрытием школ в российской провинции и резким сокращением числа бюджетных мест, выделяемых филологическим факультетам вузов, а вместе с тем политикой слияния и закрытия самих вузов. Фактически это означает, что в самое ближайшее время будут аннулированы достижения советской образовательной системы и окончательно преданы забвению традиции русской дореволюционной школы.
«Это национальная катастрофа, чреватая сломом механизмов исторической преемственности и прерыванием самой национальной культурной традиции», — отмечают профессора Московского университета.
Уже сегодня плоды этой политики ярко проявляются в работе российских вузов. Так, университеты столкнулись с рядом сложностей, связанных с необходимостью повышения гуманитарных знаний студентов, сдавших ЕГЭ и испытывающих огромные трудности с письменным выражением своих мыслей, а подчас откровенно безграмотных. В МГУ всеми силами пытаются преодолеть, продолжающую ухудшаться, ситуацию. Специально введен курс «Русский язык и культура речи» на негуманитарных факультетах, иначе чудовищную малограмотность выпускников непрестанно «реформируемой» российской школы ликвидировать невозможно.
«В ближайшей перспективе, если тенденция сохранится, потребуется организация курсов ликвидации неграмотности по образцу тех, что создавались в СССР на заре “всеобуча”», — говорится в Заявлении Учебного совета филфака столичного университета.
И в подобной ситуации Минобрнауки не придумало ничего лучше, как развернуть кампанию по сворачиванию филологического (и, шире, гуманитарного) образования в вузах.
По данным Учебно-методического объединения филологического факультета МГУ, на протяжении последнего десятилетия бюджетный набор на фундаментальные университетские направления гуманитарной подготовки («Филология», «История», «Философия» и др.) сократился как минимум втрое. Примерно с 300 до 100 человек – в крупных университетах, со 100 до 30 человек – в менее крупных. А в Новгородском, Челябинском и некоторых иных университетах он составляет ныне 10–15 человек!
В последнее время министерство образования перешло и вовсе к политике прямой дискредитации гуманитарных вузов, объявив «неэффективными» РГГУ, Литературный институт, Московский педагогический государственный университет, МАРХИ, опираясь на анекдотически неадекватные критерии оценки эффективности вузов, разработанные все той же ВШЭ.
При этом из сферы общественного сознания постепенно, но последовательно вообще вытесняется представление о культурообразующей роли филологии, которая все чаще третируется как нечто незначительное и необязательное в жизни общества.
 Один из ярких симптомов этого процесса – скандальная ситуация на филологическом факультете СПбГУ, где количество бюджетных мест на русском отделении бакалавриата ныне ограничено… двадцатью пятью. 
«Понимая свою ответственность перед обществом, — говорится в принятом единогласно заявлении Ученого совета, — нижеподписавшиеся заявляют:
1) о неприятии политики разгрома российского гуманитарного образования, которую проводит министерство образования;
2) о недоверии тем чиновникам всех уровней, которые эту политику разрабатывают и реализуют;
3) о целесообразности предания гласности всех данных, которые позволят обществу оценить эффективность деятельности министерства образования за последние двадцать лет и уровень нанесенного им ущерба, в т.ч.:
а) о количестве закрытых школ по регионам и об общей динамике в этой области;
б) о размерах государственного и иного (включая зарубежные фонды) финансирования программ министерства образования;
в) о результатах ЕГЭ по всем регионам России и по всем образовательным дисциплинам с момента его внедрения и о необходимости профессионального анализа этих результатов.
 
4) о необходимости развертывания широкой профессиональной дискуссии о путях выхода из создавшегося положения». 
Система Orphus

16 мнений

Только состоящие в ополчении и вошедшие под своей учётной записью пользователи могут оставлять мнения.