«Презираю политических наемников»

Закон об «НКО-Я н
Я была, наверное, единственным человеком в России, имевшим опыт работы в качестве иностранного агента в США. Этим опытом и моим личным гражданским мнением я и поделилась с аудиторией. Я очень хорошо знаю американский закон FARA, так как с 2006 года работала под его действием. Также я хорошо знаю, как работают американские фонды и что ожидается от местных НКО, финансируемых из этих фондов. Мне, как человеку, только что вернувшемуся из США, было очевидно, что в России такой закон нужен.
На вас выходил Кремль или хотя бы Госдума? С вами консультировались?
Я пыталась донести свое мнение до как можно более широкой аудитории. Я недавно в страну вернулась, поэтому не имею отношения к органам власти. Я считаю себя частью гражданского общества России и в этом качестве высказываю свое экспертное мнение.
В своей статье в январе 2012 года Крашенинникова писала, что «планы по либерализации политической системы России реализуются в особой спешке и в самый неподходящий момент — в преддверии президентских выборов, которые некоторые вашингтонские круги совместно с российской «оппозицией» используют в попытке «смены режима» в России». За месяц до этого, в декабре 2011 года, в послании Федеральному собранию, которое восприняли как ответ Кремля оппозиции, президент Дмитрий Медведев предложил упростить процедуру регистрации партий и вернуть губернаторские выборы. Крашенинникова же призывала власть не торопиться с введением «свободной политической конкуренции», поскольку «большая часть общественно-политического пространства занята западными и клонированными ими российскими неправительственными организациями». К ней, похоже, прислушались: в 2012 году «либерализация политической системы» была свернута.
Ваше выступление именно в январе 2012 года было связано с выходом людей на Болотную площадь месяцем ранее?
Такие законы нужно было реализовывать еще в 1991 году, но в девяностые годы страна у нас была нараспашку для всякого рода политических проходимцев и проходимцев от бизнеса. Только в двухтысячные годы началось построение государственности, и теперь нужно наконец заниматься строительством своего независимого от Запада гражданского общества. Я очень хорошо знаю, что к любым американским деньгам привязаны обязательства. Со мной по этой теме спорить невозможно, потому что я очень хорошо владею фактурой.
Я с вами пока не спорю, а только отмечаю, что по времени ваша инициатива совпадает с выходом людей на Болотную площадь. Как я понял, вы считаете этот закон недостаточно жестким.
Я сравниваю российский и американский законы, и в нашем есть 10-15 процентов требований от американского. Я могу сказать, что в США под этот закон подпадает вся деятельность, включая общественную, культурную и образовательную. Во-вторых, в американский закон встроен механизм, согласно которому «иностранные агенты» сами направляют в Минюст и контрразведку информацию. Каждый раз, когда я писала какое-то письмо в мэрию Нью-Йорка или общалась с американской прессой, в течение 48 часов эти коммуникации нужно было отправить в двух экземплярах. В-третьих, периодичность проверок в американском законе не оговаривается, то есть с проверкой могут прийти в любой момент. И действительно приходили.
В Америке невозможно, чтобы при наличии закона отказывались его выполнять. Мне пять лет тюрьмы, которые грозят «иностранным агентам», не казались привлекательной перспективой, поэтому я подчинялась каждой букве этого закона. А у нас же, как только закон, написанный не американцами, приняли, начались разговоры о том, что его не нужно выполнять. Это беззаконие. А ведь в девяностые годы очень большая часть российских законов была написана американскими консультантами.
Депутат Евгений Федоров считает, что все законы до сих пор пишутся американцами, Путин — это лидер национально-освободительного движения, а Сурков был назначенным американцами смотрящим за Россией.
Я бы так не сказала. Я опираюсь исключительно на факты, поэтому спорить со мной действительно очень сложно.
Елена Панфилова
Елена Панфилова
Фото: Владимир Федоренко / РИА Новости

В США Крашенинникова работала представителем Петербурга. Она уверяет, что в ее функции входили не политические задачи, а экономические и культурные. «Санкт-Петербург и Нью-Йорк — культурные и деловые столицы своих государств, и на этом строилось сотрудничество, однако в Минюсте мне дважды четко сказали, что и при таком наборе задач нужно регистрироваться как «иностранный агент»», — говорит Крашенинникова. Впрочем, глава «Transparency International — Россия» Елена Панфилова утверждает, что Крашенникова «была представителем госоргана, который, конечно, должен быть зарегистрирован как лоббист». Риторику Крашенинниковой она считает «подменой понятий». Директора ИНВИССиН Панфилова называет «специальным оружием массового поражения» и «человеком-оркестром», институтом в лице одного человека, созданным для одной цели — пропихивания и отстаивания закона об «иностранных агентах».
Ваши оппоненты, которые, конечно же, не рискуют с вами спорить, утверждают, что американский закон направлен в первую очередь против лоббистов, а не против НКО.
Мои оппоненты пытаются списать все на лоббизм и бизнес. В Америке есть целый комплекс законов о лоббизме, и он существует отдельно от закона FARA. Тот был принят в 1938 году, как объясняется на сайте Минюста, — для противодействия пропаганде Третьего рейха и СССР. У закона была абсолютно четкая контрпропагандистская составляющая, и к лоббизму он не имеет никакого отношения.
Противники закона об «иностранных агентах» объясняют, что ничего общего между американским и российским законами нет. «Американский закон «О регистрации иностранных агентов» не затрагивает общественные организации. Действие FARA не распространяется (это отдельно прописано в законе) на структуры, «чья деятельность носит… религиозный, академический, научный или художественный характер», а также на те, чья «деятельность служит главным образом не иностранным интересам». НКО, которые имеют зарубежное происхождение или финансирование и которые можно назвать «политическими», также не обязаны регистрироваться в качестве «иностранных агентов», поскольку не занимаются представлением «интересов иностранного принципала»», ―объясняет эксперт Института современной России Владимир Кара-Мурза.   
Интервью с Вероникой Крашенинниковой — одним из апологетов закона об «НКО-иностранных агентах»


Система Orphus

0 мнений

Только состоящие в ополчении и вошедшие под своей учётной записью пользователи могут оставлять мнения.